Самогонщики

    Обсуждаем вопросы:
  • Шотландские Гебриды
  • Увеличение губ: размер имеет значение?
  • Подмосковная лыжня
  • Необыкновенная работа
  • Гамбург. Зонтик про запас
Самогонщики Какой угодно: картофельный, пшеничный, абрикосовый, ячменный, из тутовых ягод, из гречневой каши. Даже из простой табуретки можно гнать самогон. Некоторые любят табуретовку.

Ильф и Петров. Золотой теленок Остап Бендер был большим знатоком алкогольных напитков кустарного производства, но с табуретками он все-таки погорячился. Ведь в них нет ни сахара, ни крахмала, а это, как известно, необходимые ин­гредиенты при отборе сырья для браги. Да и зачем жертвовать полезной мебелью, если в мире предостаточно продуктов, из которых получается отличный крепкий напиток? Какой народ ни возьми, каждый приспособился гнать самогон. В ход идет то, что растет поблизости: от кокосов до кактусов. Если с растительностью совсем плохо — вокруг сплошная тундра да вечная мерзлота, — можно и из молока выжать энное количество градусов, как поступают, например, буряты. Одним словом, в деле самогоноварения все нации проявили смекалку и изобретательность, за исключением разве что тех, кто предпочитает иные способы релаксации (вроде галлюциногенных грибов или листьев коки). Ответ на вопрос «что такое самогон?» содержится в самом слове. Это самодельный алкоголь, если точнее — полученный с помощью перегонки браги. В иных местах такой милый промысел под запретом, но во многих странах мира производство национальных спиртных напитков поставлено на поток, и некогда кустарный продукт превратился в раскрученный бренд. Конечно, «фабричная самогонка» (как ни парадоксально звучит данное словосочетание) соответствует стандартам качества, отчего вкус вроде бы должен улучшаться, однако алкоголь домашнего производства пить приятнее и интереснее. Хотя, быть может, и рискованно — мало ли что и из чего нагнали его аборигены. Попробуем подсказать, какие же из знаменитых самогонов все-таки стоит продегустировать.

1. Франция. Кальвадос

Если солнечный юг Франции славится своими виноградниками, то на севере страны лучше растут яблони. А яблоки — это не только варенье и компот, но и отличное сырье для алкоголя. Самый известный вариант — сидр. А уж путем его перегонки получают не менее знаменитый яблочный бренди — кальвадос. История яблочной выпивки солидная. Есть у нее даже «родитель» — некий дворянин Жиль де Губервиль, живший в XVI веке. Описывая в своем дневнике провинциальные дворянские радости, он впервые упомянул о дистилляции сидра. А вот самым активным популяризатором кальвадоса считается не француз, а немец — герои романов Ремарка по­глощают этот напиток прямо-таки в удивительных количествах и не устают его расхваливать: «Жоан быстро поднялась. Ее лицо ­сияло. — Дай мне еще кальвадоса, — сказала она. — Похоже, он и в самом деле какой-то особенный… Напиток грез…» (Эрих Мария Ремарк. Триумфальная арка). Сейчас настоящий «патентованный» кальвадос производят только в Нормандии, в одноименном департаменте Calvados и нескольких соседних областях. Самым качественным считается самогон из региона Pays d’Auge — к нему и требования предъявляют особо строгие: традиционный метод перегонки и долгая выдержка. Вообще-то главное в изготовлении «напитка грез» — правильный сорт яблок. Плоды нужны не какие попало, а с высоким содержанием танина. В зависимости от наличия этого вещества их сортируют на горькие, кислые и сладкие — и все три разновидности сочетают в определенной пропорции. Из отобранных фруктов выжимают сусло, которое недель за пять превращается в сидр — основу кальвадоса. Затем дистилляция и томление в дубовых бочках — естественно, чем дольше, тем лучше. В результате получается напиток золотисто-янтарного цвета с яблочным ароматом и крепостью 40%. Самые «невыдержанные» разновидности — Trois Etoiles («Три звезды») и Trois Pommes («Три яблока») — проводят в бочке меньше трех лет; самые «терпеливые» — Extra, Napoleon, Hors d’Age, Age Inconni — более шести. А иногда для хорошей самогонки и десять лет не срок. Пить ее полагается из коньячных бокалов, согревая напиток комнатной температуры ладонями. А уж до, после или в ходе трапезы — это как вам будет угодно, ведь хороший кальвадос хорош всегда. Кстати, он отлично стимулирует аппетит, а поскольку все блюда традиционного французского застолья осилить непросто, пара глотков кальвадоса гостям время от времени просто жизненно необходима. Так и появились старое французское выражение trou normand — «нормандская дыра» — и обычай пробивать эту дыру в желудке с помощью яблочного самогона.

2. Италия. Граппа

Самогонка из виноградного жмыха, которую итальянские крестьяне гнали уже более 1000 лет назад, в XX веке затесалась в меню престижных ресторанов. Прошли те времена, когда сельские жители запивали холодным (чтобы не ощущался специфический запах) алкоголем из глиняных плошек свой незамысловатый обед. Теперь граппу подают в особых тюльпанообразных фужерах — grappaglas — и пьют маленькими глотками, смакуя букет. В общем, пролетарии заделались настоящими аристократами. Мировой известностью и приглашением в высший алкогольный свет граппа обязана семейству Нонино — именно эти предприимчивые люди первыми начали делать напиток из определенного сорта винограда (ранее он был многосортовым) и усовершенствовали технологию производства. Кроме того, с 1997 года в Италии существует Институт граппы, контролирующий ее соответствие стандартам качества. А за право считаться родиной национального самогона перессорились многие итальянские провинции, да и французская Бургундия иногда претендует на почетное звание. Однако самые веские аргументы у региона Венето — ведь здесь есть гора Граппа, у подножия которой приткнулся городок Бассано-дель-Граппа. Граппу получают из остатков винограда, пущенного на вино. Чем лучше вино, тем лучше самогонка: качество жмыха тоже зависит от сорта ягод. Самым вкусным, естественно, считается напиток «ручной работы» — тот, который прошел дистилляцию по старинной технологии, в медном перегонном кубе. А вкус, как и цвет, у граппы бывает разным. Молодая Giovane, без цвета, крепостью 38%, резковата, зато дешевая. Аffinata после нескольких месяцев, проведенных в деревянных бочках, несколько «пообтесавшись», становится приятнее для вкусовых рецепторов. Настоящих же аристократов этого семейства — Vecchia и Stravecchia — легко отличить по золотистому, а то и темно-янтарному оттенку. У них год-полтора выдержки и крепость 40–50%, правда, и цена куда выше. Во вкусе «старичков» ощущаются ноты ванили, миндаля, ягод, персика. Кстати, по мнению знатоков, после хорошей граппы должно оставаться послевкусие с легкой кислинкой. Производители алкоголя из разных стран так и норовят подложить в бутылки какой-нибудь инородный предмет: от невинной травинки до червяков и змей. Что касается граппы, то к ней можно получить более приятное дополнение: в бутылки для самогона заранее опускают грушевую завязь, и она созревает внутри стеклянной тары. Потом черенки обрезают и заливают подросшие фрукты алкоголем. Туристам, приобретающим такой красивый национальный сувенир, следует учесть, что из-за крупной груши доля дорогого напитка в бутылке сокращается почти на четверть.

3. Балканы. Ракия

Главный алкоголь Балканского полуострова легко спутать с турецким тезкой, хотя между болгарской и сербской ­ракија и турецкой raki есть разница. Основу напитков чаще всего составляет виноград, но в Турции в ракию добавляют анисовое семя, отчего она приобретает специфический вкус и запах. Южнославянский фруктовый самогон существует во всевозможных разновидностях — в зависимости от фруктов, из которых его производят. Помимо виноградной выпивки (grozdovitsa) очень известна и любима сливовица, ее с радостью употребляют не только сербы и болгары, но также чехи и словаки. Как следует из названия, делают этот напиток из перебродившего сливового сока — не зря в сербской песне поется, что «дому, у которого не цветут сливы, не видать ни солнца, ни гостя». Тем народностям, у которых с виноградниками и сливовыми садами дело обстояло неважно, приходилось выкручиваться с помощью других даров природы: в ход шли груши, яблоки, айва, инжир, абрикосы, а иногда и все фруктовое ассорти. В результате после долгого колдовства над медным казаном (именно так в балканских странах называется сосуд для перегонки) на свет рождается напиток желтовато-коричневого цвета, простой или «отлежалый» (выдержанный), а если выдерживать его долго, тогда уж «перепеченица» — ведь ракию здесь не «гонят», как в России, а «пекут». Славянское изобретение — сливовица — крепостью может достигать и 75%. Но при всех своих страшных градусах балканский самогон пьется легче водки, а по вкусу приятнее других близких родственников, того же бренди например. Сами «раковары» и вовсе убеждены, что их продукция в малых дозах очень полезна для здоровья (впрочем, покажите хоть один алкогольный напиток, которому бы не давали этой рекомендации). В Сербии ракию настаивают на разных травах, превращая в лекарство от множества хворей: резей в животе, ломоты в костях, простуды и зубной боли. Медицинский эффект, может, и сомнителен, зато анестезию такое средство обеспечивает — не зря в старину его давали роженицам. С тех пор, кстати, пошло выражение «Пьян как мать» (Pijan kao majka). И если турки свою анисовую raki разбавляют водой, то славяне ракија пьют в чистом виде и под традиционный тост «Живели!», что в переводе означает «Будем живы!».

4. Бразилия. Кашаса

Недавно губернатор одного из бразильских штатов предложил включить кашасу в минимальную потребительскую корзину. Отсюда следует, что самогон на основе сахарного тростника для жителей Бразилии — не роскошь, а продукт первой необходимости. Неудивительно, что в стране существует более 4000 заводов по производству «национального достояния». Однако, чтобы попробовать лучший вариант тростникового алкоголя, придется побывать в штате Минас-Жерайс — его жители специализируются на перегонке «кашасы с фазенды», которая ценится куда больше фабричного аналога и практически не идет на экспорт. Чтобы сварганить веселящее питье, сахарный тростник измельчают и превращают в брагу с помощью натуральных добавок — риса, сои, зерна, отрубей (в производстве для этих целей используют химические соединения). Далее путь известен: медный перегонный куб и деревянные бочки. Если все сделать правильно и дать самогону достаточно времени, чтобы он дошел до нужной кондиции, получится желтоватый напиток, цветом напоминающий слабый чай. Такая кашаса — самая лучшая, по вкусу она может сравниться с хорошим виски или коньяком, а по крепости достигает 54%. Белая жидкость на вкус куда хуже, зато сгодится для коктейлей, среди которых наиболее известный — смесь со льдом, соком лайма и сахаром — Caipirinha, что в переводе означает «деревенщина», ведь когда-то его пили в основном темные поселяне. У самой кашасы происхождение тоже простонародное, более того — ее изобретение приписывают африканским рабам. Якобы бедолаги заметили, что сахарный тростник, долго пролежавший в кормушках для скота, выделяет весьма приятную жидкость. С ее помощью невольники и придумали скрашивать свою невеселую жизнь. Затем уж португальские колонизаторы усовершенствовали рецепт, применив дистилляцию, и на готовый алкоголь начали выменивать у африканских вождей новых рабов. Такой вот замкнутый круг получился. Кстати, кашаса — старшая сестра рома, который стали производить по схожей технологии столетием позже. А еще тростниковый самогон является частью языческих ритуалов. Его главный ценитель, бразильское божество Эшу, отнюдь не гурман: чтобы задо­брить его, нужно поставить в углу дома стаканчик с самой примитивной и вонючей разновидностью национального напитка.

5. Норвегия. Аквавит

Вообще латинское словосочетание Aque Vita — «вода жизни» — объединяет алкоголь нескольких скандинавских стран, а именно Норвегии, Швеции, Дании. Без крепких согревающих напитков в этих северных землях жить было бы совсем тоскливо, так что название — ничего не скажешь — точное. Вот только у разных народов латинская первооснова немного изменилась и превратилась в датский akvavit, шведский aquavit и норвежский akevitt. В Норвегии местный алкоголь чаще всего гонят из картофеля — самого распространенного и доступного продукта, а в Дании и Швеции — из зерна. Некоторые производители свою самогонку долго выдерживают в дубовых бочках, из-за чего она приобретает золотистый оттенок. У картофельной выпивки привкус пряный и чуть сладковатый, спасибо традиционной добавке — тмину. Иногда аквавит сдабривают и другими специями и травами, например укропом или фенхелем. Сортов национального алкоголя очень много, но, пожалуй, самый известный за пределами страны — Lysholm Linie. Прославился он благодаря своему пристрастию к путешествиям: легенда гласит, что в XIX веке бочонок норвежской выпивки в трюме торгового клипера доплыл до Австралии и вернулся назад. Почему его не выпили в Австралии, история умалчивает, зато на родине обнаружилось, что долгое путешествие в бочке по морским волнам улучшило качество спирта и он стал янтарного цвета. С тех пор появилась традиция отправлять Linie Aquavit в морской круиз, правда, уже не к австралийским берегам, а по другим маршрутам — главное, чтобы он дважды пересек экватор. Якобы на вкусовые качества влияет не только долгое томление в бочках, но и частая смена температуры воздуха. И лишь по возвращении «морского волка» разливают по бутылкам. Само собой, напиток, с которым столько хлопот, дешевым быть не может. Впрочем, в Норвегии любой алкоголь дорог — спасибо действующему здесь «полусухому» закону. Так что экономное местное население предпочитает выпивку подпольного кустарного производства, пусть и не пересекавшую экватор, зато более доступную. Ну а иностранным туристам, если их не пригласили в гости на рюмку «воды жизни», придется пойти в магазин Vinnomonopolet (в просторечии — «монополька») и раскошелиться на один из самых дорогих самогонов в мире.

6. Корея. Соджу

Русские туристы относятся к корейскому напитку несерьезно — всего-то 20%. Разве это алкоголь?! Да и на пробу продукт отдаленно напоминает разбавленную водку со сладковатым привкусом. Однако корейцам (и северным, и южным) градусов вполне хватает, и соджу для них практически национальный символ, что в общем-то объяснимо — история получения напитка из пшеницы, риса или картофеля уходит в далекое прошлое, а именно в начало XIV­ века. Тогда на территорию Кореи явились монголы, которые уже успели до этого повоевать в Центральной Азии и там освоить технологию дистилляции. Старинный рецепт приготовления местного алкоголя довольно занимателен: пшено или рис перемалывают в подобие муки, разводят водой и получившееся «тесто» прессуют в специальных емкостях (а по правилам полагается хорошенько потоптать его ногами). Позже массу снова размалывают, заливают водой и добавляют свежесваренный и охлажденный рис. Брагу настаивают в глиняной посуде и отправляют в перегонный куб. По такой технологии корейцы производили свою самогонку издавна, и только XX век внес коррективы в рецептуру: после гражданской войны с рисом начались проблемы, и какое-то время соджу совсем не гнали. Сегодня популярен упрощенный вариант — разведенный этиловый спирт плюс ароматизаторы. Естественно, от такой модернизации и без того далекий от совершенства вкус напитка еще ухудшился, а градусы почему-то постоянно падают. Тем не менее в Южной Корее есть места, где можно попробовать правильный рисовый самогон. Ценителям кустарного алкоголя прямая дорога в город Андонг, где соджу посвящен целый музей: здесь продемонстрируют и старинную технологию, и блюда, которыми полученный продукт лучше всего закусывать. Но главное, соджу из Андонга считается самым крепким в Корее: не жалкие 20%, а все 45! По правилам корейского эти­кета соджу не принято пить до дна (ос­талось в стакане немного — подлей еще) и наливать самому себе. Отсюда ясно, что корейцы употребляют нацио­нальную самогонку в больших количествах и в больших компаниях: ведь совместное пьянство укрепляет трудовой коллектив. Есть у них и свои извращения, например смешивать соджу с пивом (аналог русского «ерша» называется пок­танджу). Многие неосторожные дегустаторы местного алкоголя предупреждают, что напиток этот по-азиат­ски коварен: сперва совсем не опьяняет, а после дает жестокое похмелье. Возможно, поэтому слова «Я вчера очень много выпил» в Корее служат нормальным оправданием прогула или опоздания на работу.

7. Мексика. Мескаль

Издавна обитатели американского континента ценили агаву. По виду она напоминает огромный ананас или сосновую шишку, только с торчащими во все стороны листьями-иглами. Уважение к агаве объясняется тем, что из нее получают несколько видов алкоголя. Причем еще древние ацтеки умели делать из сока этого растения напиток пульке, по крепости похожий на слабое пиво. Пришедшие сюда испанские конквистадоры, знакомые с дистилляцией, научились сердцевину агавы превращать в мескаль. Как и у текилы, крепость у него около 40%, технологии производства тоже схожие. Традиционный дедовский способ выглядит так: листья агавы обрубают, оставшийся толстый ствол разделяют на части и запекают в земляной печи на древесных углях (благодаря чему продукт выходит «с дымком»). В результате сок растения карамелизируется, образовавшийся «жженый сахар» жерновами перемалывают в кашу, смешивают с водой и дрожжами и оставляют на несколько дней, чтобы получилась брага. На данном этапе в будущую текилу кладут сахар, а мескаль оставляют без него. Затем полуфабрикат подвергают перегонке (когда-то довольствовались одинарной, теперь прибегают к двойной). Конечно, при промышленном производстве ни земляных печей, ни каменных жерновов не используют — их сменили автоклавы и мельницы. Разница между «родственниками» не только в количестве сахара. Текилой называется напиток, произведенный в провинциях Халиско и Наярит из голубой агавы. Мескаль гонят из разных сортов растения и за ним тоже теперь законодательно закреплены определенные области Мексики: Оахака, Герреро, Дуранго, Сан-Луис-Потоси и Сакатекас. Вкус и аромат у него сильнее, чем у более «разборчивой» сестрицы, хотя для обоих напитков характерны травяные и слабые сивушные ноты. Слово Anejo на этикетке свидетельствует о высоком качестве мескаля, выдержанного не менее года в отличие от обычного Natural. Кстати, заспиртованный червячок впервые появился тоже в бутылке мескаля. Одной гусеницы, паразитирующей на листьях или в сердцевине агавы, на закуску к национальному самогону явно маловато, так что никакой практической пользы от ее присутствия в упаковке нет. Червяки — продукт вполне безвредный, хотя на вид не слишком приятный. Другое, более симпатичное дополнение к настоящей «агавовке» — привязанный к горлышку пакетик с солью. Он тоже невелик, но именно такая соль — бурая, смешанная с молотым перцем чили и растертыми в порошок червяками (куда без них!), — является идеальной добавкой к мексиканскому самогону. Автор: Анна МАКАРОВА "Туризм и отдых" №46 17.11.2008 Тема: , , , Материалы по теме
Полезно для мамуси